К годовщине со дня рождения советского моряка-подводника, Героя Советского Союза Гаджиева Магомета Имадутдиновича.
Как сражался и погиб легендарный подводник Магомет Гаджиев?
«Нигде нет такого равенства перед лицом смерти, как на подводной лодке, на которой либо все погибают, либо все побеждают» - эти слова принадлежат советскому подводнику Магомету Гаджиеву. Советский командир отличался бесстрашием в бою, он не раз действовал из надводного положения артиллерией лодки. В одном из сражений немцы засекли подлодку по масляному следу и атаковали ее глубинными бомбами. Рассказываем, как Гаджиев смог выйти из этой западни и за что он получил звание Героя Советского Союза.
Магомет родился в горном ауле Мегеб в Дагестане 20 декабря 1907 года. Он с детства «болел» морем. В 13 лет вступил в Красную армию. Магомет служил в полковом оркестре, помощником пулеметчика и артиллериста.
«Участвовал в преследовании деникинцев вплоть до взятия Баку, в ликвидации банд Гоцинского и остатков банд в Южном Дагестане и на Тереке», - писал Гаджиев.
Путь моряка начался для Магомета в 1925 году. За отличную службу на флоте в 1935 году Гаджиев был удостоен высшей награды СССР – ордена Ленина. К началу Великой Отечественной он был командиром 1-го дивизиона бригады подводных лодок Северного флота. Гаджиев не сидел в штабе, а лично участвовал в боевых походах. Он помогал в боях командирам подводных лодок.
Магомет Имадутдинович воевал на подводных лодках типа «К». Они предназначались для длительных автономных походов и были самыми мощными советскими подводными лодками Великой Отечественной. Эти подлодки обладали внушительной артиллерией: 2 100-мм пушки и 2 45-мм орудия. Буква «К» означает «крейсерская», моряки ласково называли их «Катюшами».
12 сентября 1941 года Гаджиев во время похода заметил немецкий транспорт. Однако он был слишком далеко для торпедной атаки. Тогда Магомет Имадутдинович решил воспользоваться артиллерией лодки. «К-3» всплыла на поверхность и открыла огонь из пушек. Такой маневр был крайне рискованным, однако благодаря слаженной работе экипажа удалось потопить транспорт и уйти от бомб немецкого гидросамолета. При возвращении на базу Гаджиев приказал командиру «К-3» Василию Уткину сделать холостой выстрел в честь победы. В дальнейшем это стало целой флотской традицией.
Подводник в дальнейших походах не раз применял эту тактику. Вот что вспоминал об одном из самых трудных походов Гаджиева в декабре 1941 года командующий северным флотом адмирал Головко:
«Дело обстояло так. Закончив постановку мин в указанном районе, «К-3» действовала в Лоппском море, представляющем собой лабиринт шхер. Противник использует эти места, изобилующие островками и узкими проливами, для проводки конвоев, а подходы к ним заминировал. Как только было обнаружено одно из таких заграждений, Гаджиев решил пройти под минами. Это было исполнено, несмотря на риск, и «К-3» вышла на коммуникации противника. Риск оправдался: вскоре вахтенный офицер увидел в перископ на расстоянии тридцати кабельтовых большой транспорт, шедший под охраной сторожевого корабля и двух сторожевых катеров».
Гаджиев атаковал торпедами транспорт и уничтожил его. Подводник хотел удостовериться в поражении врага, для этого «К-3» подняла перископ. В оптику было видно, как немецкое судно погружалось носом в воду. К нему спешил один из кораблей охранения, скорее всего, чтобы снять экипаж. После подтверждения попаданий Гаджиев отдал приказ о погружении на глубину. Но немцы успели засечь лодку, вскоре противник начал сбрасывать на нее глубинные бомбы. Магомет Имадутдинович приказал залечь на дно, чтобы ввести немцев в заблуждение. Противник должен был подумать, что лодка затонула.
Однако план дал сбой, глубина на карте не соответствовала реальной, и лодка на большой скорости врезалась в грунт. От удара были пробиты цистерны с дизелем, топливо поднималось на поверхность и оставляло масляный след над лодкой. Гаджиев понял, что если остаться на месте, то враг по разлитому дизелю уничтожит экипаж. Смена позиции тоже не даст результата, немцы будут видеть маршрут лодки по следу от топлива. Тогда он принял одно из самых дерзких решений за всю историю подводной войны. Гаджиев приказал всплыть и уничтожить вражеские корабли из пушек.
Вот как это описано в воспоминаниях адмирала Головко:
«Едва «К-3» всплыла, артиллеристы обоих расчетов под командованием старшин Конопелько и Чижова кинулись к пушкам и, прежде чем противник успел прийти в себя от неожиданного появления подводной лодки на поверхности, открыли огонь по вражеским кораблям. Промедлив минуту, ошеломленные гитлеровцы ответили беспорядочным артиллерийским огнем, который не привёл ни к одному попаданию в «К-3». Зато снаряды, выпущенные с неё, попали в корму сторожевого корабля, где лежали глубинные бомбы. Разрывы снарядов вызвали детонацию этих бомб. Над кормой сторожевого корабля взметнулся столб огня, воды и чёрного дыма. Когда же дым рассеялся, на месте вражеского сторожевика плавали обломки.
К ним уже спешил, ведя в то же время стрельбу по лодке, один из сторожевых катеров.
Наши артиллеристы стреляли точнее. Несколькими залпами вражеский катер был накрыт и потоплен. Теперь от всего конвоя противника остался единственный «морской охотник», который не стал ожидать, когда потопят и его, а предпочел убежать за остров».
Благодаря отваге и инициативе Гаджиева лодка выиграла этот неравный бой. Сам моряк-подводник отличался тем, что не оставался на базе и уходил в поход с ближайшей по графику лодкой. За неполный год – с июня 1941-го по май 1942-го – капитан второго ранга проводит в море 127 суток. Это в разы превышает подобный показатель всех командиров подводных лодок Северного флота.
Последний бой Гаджиева состоялся 12 мая 1942 года, «К-23» атаковала немецкий конвой с охранением. Во время этого сражения подводная лодка погибла вместе со всем экипажем. Магомет Имадутдинович Гаджиев меньше чем за год провел 11 походов и потопил 10 транспортов и кораблей врага. За свои заслуги он был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.
Изображение (фото): Музей Победы
Участники событий и другие указанные лица:




